winkoimacdos
english
Статьи
ВЛАСТИ ПРЕДОСТАВЛЯЮТ ЧЕЧЕНЦАМ ВЫБОР: УБИРАТЬСЯ В ЛАГЕРЬ ДЛЯ БЕЖЕНЦЕВ В ИНГУШЕТИЮ, ВОЗВРАЩАТЬСЯ В ЧЕЧНЮ ПОД БОМБЫ ИЛИ ОТПРАВЛЯТЬСЯ В БАСАЕВСКИЕ ВОЙСКА.
Галина Ковальская
"Итоги", 12.10.1999

Обложили

Когда Лом-Али пришел перерегистрироваться, милиционер в паспортном столе первым делом глянул в графу "национальность" и отрезал: "В Грозный езжай". - "Не могу я ехать в Грозный", - только и мог сказать оторопевший чеченец. Грозный бомбят, а у него пятеро детей мал мала меньше. Он предприниматель, давно живет с семьей в Москве, на родину наезжает редко и неохотно. Во время последнего приезда соседи обратили внимание на подозрительную "шестерку", которая крутилась поблизости: не иначе как по его душу приезжали. Пришлось тогда на всякий случай попросить племянника, чтобы "прикрыл" - он в чеченской армии не последний человек, - и поскорей уехать. Но вспоминать об этом противно. Теперь вот гонят туда, под бомбы, жить в постоянном страхе, что украдут, и одновременно как-то кормить свой многочисленный выводок - а как их в Грозном прокормишь? Перспектива еще та. Впрочем, выбора Лом-Али, похоже, не оставили.

13 сентября на свет появилось лужковское "Распоряжение 1007", вокруг которого поднялось много шума. Судья Конституционного суда Гадис Гаджиев успел заявить, что оно не подлежит исполнению, так как нигде не опубликовано. "Распоряжение 1007" не только не опубликовано, но и практически засекречено.

Во всяком случае, московские паспортисты никогда на него не ссылаются, федеральные чиновники, в том числе министр внутренних дел Владимир Рушайло, и.о. генпрокурора Владимир Устинов, Уполномоченный по правам человека Олег Миронов, с ним не знакомы (или по крайней мере делают вид, что не знакомы, всячески уклоняясь от его правовой оценки), а московские правозащитники из "Мемориала" и "Гражданского содействия" добыли в мэрии его текст буквально с боем. Распоряжение предписывает "обеспечить рассмотрение вопросов о регистрации граждан, временно пребывающих в городе Москве, лично руководителями территориальных отделов и отделений органов внутренних дел. При этом устанавливать цель временного пребывания в городе". Другими словами, руководителям ОВД передаются примерно те же функции, что у визового отдела, скажем, посольства США в Москве: они вправе решать по своему усмотрению, стоит ли регистрировать приезжего в столице, хороша или плоха цель, с которой он прибыл, и т.п.

Начальник паспортного стола переслал Лом-Али к заместителю начальника угрозыска, тот сказал, что чеченцев в особом порядке должен регистрировать сам начальник ОВД, а тот, разумеется, тоже отнекивался: "Не мой вопрос". В итоге милицейский чин, к которому Лом-Али ходил за перерегистрацией восемь раз, взмолился: "Слушай, я же против тебя ничего не имею. Ну не могу я на себя это взять. Вдруг потом у нас что-то случится - на меня же все повесят. Есть у тебя в Москве знакомые? Пусть найдут кого-то, кто тебя зарегистрирует".

Этот случай вообще-то редкость. Большинству моих знакомых чеченцев с ходу отказывали, объявляя напрямик: "Чеченцев не регистрируем". Но у Лом-Али и впрямь есть влиятельные знакомые, хотя и не настолько, чтобы "сделать" ему регистрацию.

В соответствии с действующим Разумеется, в "Распоряжении 1007" нет ни слова о том, чтобы вводить какой-то особый режим для кавказцев, и в частности, чеченцев. Но по свидетельству Людмилы Гендель из комитета "Гражданское содействие", когда она пришла в свое отделение милиции "Дорогомилово" перерегистрировать живущих у нее вынужденных переселенцев из Грозного, дежурный, а потом и начальник паспортного стола заверили ее, что недавно получили телефонограмму с приказом "кавказцев не регистрировать". При этом дежурный простодушно сообщил, что распоряжение исходило от начальника московского ГУВД Николая Куликова, а паспортист отказался рассказывать, чей приказ выполняет. Сотрудники "Гражданского содействия" обзвонили несколько московских ОВД, и там им подтвердили, что есть такое телефонное распоряжение. Многим чеченцам, по их словам, так и говорили: мол, нам не велено вашего брата пускать в Москву.

История с телефонограммой вполне может оказаться и легендой. Паспортисты боятся ответственности. Сотвори этот приезжий потом какое-нибудь безобразие, сразу спросят: кто его зарегистрировал? Почему неправильно установил цель приезда? Если уж сотрудники западных посольств под грузом подобной ответственности предпочитают "не пущать", так чего же ждать от бедных московских милиционеров? Но брать на свою совесть отказ по национальному признаку милиционер, как правило, не хочет. Удобнее прикинуться "винтиком": "Нам так велели". Начальство могло инструктировать или не инструктировать насчет чеченцев, но совершенно ясно, что иной реакции на "Распоряжение 1007" в низовом милицейском звене все равно быть не могло. По каким критериям начальник паспортного стола должен отделить потенциального террориста от лояльного гражданина? Не ждать же в самом деле, что кто-нибудь на вопрос о цели приезда ответит: "Совершение теракта!" Конечно, бывают у паспортистов и собственные на этот счет инициативы и соображения, иногда самого экзотического свойства. По "Горячей линии", организованной Московской Хельсинкской группой, звонит немало русских, повествующих о весьма причудливых мотивах отказа в регистрации: например, одной женщине отказали потому, что ее сын душевнобольной. В данном случае налицо самодеятельная забота местного ОВД о благополучии и комфорте родного города. Но национальность - критерий всем понятный. Когда всюду ищут "чеченский след", дураку ясно: не дай бог опять рванет, будут трясти те ОВД, где больше чеченцев.

Милая добрая женщина, председатель жилищного кооператива, пытается выселить из дома чеченскую семью: одинокую женщину с больной матерью и двумя сыновьями (студент и школьник). Они живут, не зарегистрировавшись. В регистрации им отказывают, а уехать некуда: их квартира в Грозном давно сгорела. "Мне их очень жалко, - признается председатель жилкооператива. - Я им даже сто рублей дала. Но вы же понимаете, что этот народ сейчас вне закона".

"Распоряжение 1007" содержит и требование: "Принимать к нарушителям правил предусмотренные законодательством меры ответственности, вплоть до выдворения к месту постоянного проживания". На самом деле никакое "выдворение" законодательством не предусмотрено. Как не предусмотрено и право милицейского начальника решать, кому где жить. По закону "О праве граждан на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах РФ" установлена не разрешительная, а уведомительная регистрация (то есть гражданин России по приезде в тот или иной населенный пункт не испрашивает "вида на жительство", а просто ставит в известность местное ОВД о своем прибытии). Что же до разрешительной регистрации, то она прямо запрещена в Конституции, и еще три с половиной года назад на это указал Конституционный суд. Если же гражданин живет без паспорта или уклоняется от регистрации, то максимальное наказание за это, согласно Кодексу об административных правонарушениях, - штраф.

Так что ни о каком "соответствии законодательству" и самой регистрации речи быть не может. Но московским властям, сказавшим "а", надо говорить и "б": без права выдворять незарегистрированных разрешительная регистрация бессмысленна. 21 сентября появилось постановление # 875 правительства Москвы "Об утверждении временного порядка перемещения лиц, злостно нарушающих правила регистрационного учета", еще более засекреченное, чем "Распоряжение 1007". В постановлении все четко определено: милиция выявляет злостных нарушителей режима регистрации, доставляет их в ОВД, где они должны содержаться "до их отправки к постоянному месту их проживания", конечно же, "в соответствии с действующим законодательством". То есть за необдуманное желание посетить столицу можно угодить невесть на сколько в КПЗ (пока не подготовят условия для "транспортировки к месту постоянного проживания").

Встречено с пониманием

В Московской прокуратуре лежат иски правозащитных организаций, оспаривающих законность обеих полусекретных бумаг. Решение Прокуратуры города Москвы предсказать нетрудно - против воли мэра она ни за что не пойдет, чего бы там ни требовала буква закона. Вердикт Московской прокуратуры можно обжаловать в Генпрокуратуре, но и.о. генпрокурора Устинов уже успел заявить публично, что приезжие должны "проявить понимание" действий московских властей.

Позиция федеральных властей заслуживает особого внимания. Вроде бы Лужков их политический противник. Вроде бы цепляются к нему за что ни попадя: купил не того жеребца, не обо всем личном автотранспорте сообщил в избирком - и тому подобная чепуха. А вот явное нарушение Конституции РФ не вызывает у российских чиновников никакого осуждения. Видно, тот самый случай, когда власти всех уровней "консолидировались перед лицом...".

Понимание демонстрирует и МВД России, ни словом, ни жестом не одернувшее московское ГУВД. Правда, Владимир Кривцов, один из заместителей начальника Паспортно-визового управления МВД РФ, выступил по телевидению с осуждением московского произвола, и многие телезрители тогда решили, что он представляет позицию министерства. На самом деле Кривцов решился на этот шаг только после того, как подал рапорт об увольнении. Зато другой заместитель главного паспортиста, Юрий Шарагоров, вовсе даже не собирающийся в отставку, откровенно объяснял 4 октября на собрании Общественной палаты по правам человека при президенте РФ, что ссылки на законы - вообще несостоятельны, поскольку законы эти "принимались депутатами в каком-то угаре", и исполнять их нет никакой возможности.

Депутаты Госдумы подавляющим большинством отказались голосовать за постановление, осуждающее действия московского правительства. Фракция НДР, в которой вроде бы собрались идейные оппоненты Лужкова, по словам одного из ее идеологов, проголосовала против, чтобы "не стать пособником террористов". Уполномоченный по правам человека Олег Миронов тоже вроде бы не "лужковец", но тем не менее в ходе специального "круглого стола" по правам человека обнаружил полное "понимание". "Московские власти, - говорил Уполномоченный по правам, - руководствуются добрыми намерениями. Конечно, их действия не должны противоречить действующим законам..." А на настойчивые расспросы журналистов, противоречат ли конкретные действия конкретным законам и нарушаются ли при этом права человека, пустился в туманные рассуждения, что регистрация законами не запрещена, а выдворение хоть и не предусмотрено, как бы логически вытекает из регистрации. (Справедливости ради уточним: "круглый стол" проходил 27 сентября, а уже 5 октября, отвечая на вопрос "Комсомольской правды", господин Миронов признал законной лишь уведомительную регистрацию. Должно быть, в окружении Уполномоченного по правам наконец нашелся человек, решившийся просветить его насчет действующего законодательства). Зато при каждом удобном случае Олег Миронов повторял, что он является противником национальной дискриминации, и что "мы, конечно, выступаем за мир, но не любой ценой, а лишь ценой разоружения банд", и что выдворение из России законопослушных чеченцев недопустимо потому, что "они возьмут в руки оружие и будут воевать против нас".

Вообще-то от главного защитника прав человека хотелось бы услышать, что он против депортации законопослушных российских граждан любой национальности. Но опасения Миронова не лишены оснований. Просто диву даешься, глядя, с каким упорством власти всех уровней заботятся о том, чтобы в преддверии войсковой операции как можно больше чеченских мужчин оказалось в Чечне. Выдавливают из Москвы, Ставрополья, других краев и областей - все больше регионов так или иначе пытаются избавиться от "народа вне закона". Чеченец, постоянно прописанный в Евпатории, после начала бомбежек поехал в Грозный за внуками. Обратно его не пустили, сказали: сам проезжай, раз прописан, а детей (мальцов двух- и трехлетнего возраста) изволь сдать в лагерь для беженцев. Участь беженцев тоже неопределенна: их пускают только в Ингушетию, где уже повернуться негде, и то с непременным условием: мужчинам, кроме стариков и инвалидов, в течение 24 часов воротиться восвояси. Иначе обидно будет: федеральные войска придут, а им и воевать не с кем.

К сожалению, приходится признать, что, выдавливая местных чеченцев и не пуская чеченских беженцев, власти идут на поводу у огромного большинства населения. Люди напуганы. И вполне готовы поступиться правами (особенно чужими) во имя того, что им кажется безопасностью. Мэр Москвы Юрий Лужков правду говорит, когда заявляет, что режим регистрации поддержан москвичами. Но правда и то, что стратегический государственный интерес требует всячески привечать чеченцев за пределами их несчастной, одичавшей республики. Любой чеченец, живущий в России и даже приехавший ненадолго - полечиться, поучиться, заработать, в известном смысле российский "агент влияния". Хотя бы потому, что он не откажется от русского языка и русской грамоты. Чем больше чеченцев сочтут необходимым дать своим детям образование в России, тем больше шансов разрешения чеченского кризиса цивилизованным путем. Подробно и убедительно об этом говорит директор Института этнологии Валерий Тишков: "Если есть возможность дать работу (местным чеченцам. - "Итоги"), поддержать материально или морально, это нужно сделать обязательно, и сделать не завтра, а сегодня. Нужно, чтобы ни один чеченец не уехал из Москвы или из другого российского города, чтобы стать в Чечне пушечным мясом для тех, кто в этом там сейчас отчаянно нуждается".

Российские политики разумом понимают, что такой способ действий - единственная возможность оставить Чечню в ареале российского влияния. Но воли им не хватило, и, столкнувшись с неизбежным всплеском чеченофобии, они пошли по пути строительства апартеида.

Премьер Владимир Путин сообщил о создании правительственной комиссии, которая займется обустройством беженцев "на территории Чечни". Речь идет о районах, занятых федеральными войсками. Там, по уверению премьера, будут восстановлены все российские институты: военкоматы, райотделы милиции, школы, больницы. (Характерно, что перечисление благ, которыми будут пользоваться чеченские беженцы и население занятых федералами районов, премьер начал именно с военкоматов.) Там будут платить зарплаты и пенсии. При этом, судя по всему, подразумевалось: "Там и бомбить не будут". Затея понятная: расчет на то, что нападения боевиков на "зону" вызовут многочисленные жертвы среди чеченцев и озлобят против них население. Скорее всего получится иначе. Поскольку даже у самых мирных и искренне лояльных Москве чеченцев есть близкие и неблизкие родственники среди боевиков, кто-то из бандитов будет время от времени наведываться к родне, чтобы отоспаться, помыться и поесть горячего. Отказать родственнику в такой мелочи никак нельзя (так уж устроено чеченское общество). Значит, пройдет совсем немного времени, и российские военные заведут разговоры об "опорных пунктах боевиков" на той самой территории, которая задумывается сейчас как место дислокации беженцев. Дальше все будет по тому, обкатанному недавней войной сценарию: фильтрационные лагеря, безмерное ожесточение населения против федералов (чеченцы и сейчас называют бомбежки геноцидом, а произвол региональных властей - депортацией) - все по кругу. В отличие от Путина чеченцы это уже проходили, уговорить беженцев бежать не в Ингушетию, а к федералам вряд ли удастся. Ну, не уговорят, так заставят. Ходят слухи, что за минувшие после прошлой войны три года жители Чечни так устали от криминального беспредела и разора, что были бы рады избавиться от боевиков. Будет жаль, если действия российских властей вновь бросят большинство чеченцев в объятия братьев Басаевых.

Лом-Али на днях заставили расписаться в получении предупреждения о выдворении из Москвы. Уезжать некуда, разве что к Хаттабу и Басаеву. У него с ними ничего общего, но выбора не оставлено.

РАЗДЕЛЫ
О нас
Статьи
Советы нелегалам
Вопросы и ответы
Юридические вопросы
Хроника террора
История прописки
Как с пропиской "за бугром"?
Как купить прописку в Москве?
Юмор
Форум
Нам пишут
Ссылки
English
ГОРЯЧАЯ ЛИНИЯ

Московская хельсинкская группа: 207-0178 (10:00-18:00), 208-1572 (18:00-21:00)
"Гражданское содействие": 973-5474
"Общероссийское движение за права человека": 291-7011
"Московская альтернатива": 201-86-03, круглосуточно.
Управление собственной безопасности МВД РФ: 200-4703; 200-2617; 222-4135
Управление собственной безопасности ГУВД г.Москвы: 200-9866; 200-8548; 200-8936; 200-8472

ПОИСК

ИЗБРАННОЕ
КАРИКАТУРА ДНЯ

Нажми!
Сделайте детям новогодний подарок!


 

 

Наша кнопка:

 





[an error occurred while processing this directive]